Forwarded from Гипермда
9 ноября 19 членов жюри Independent Games Festival, среди которых Сэм Барлоу (Her Story, Immortality), Аура Триоло (Clockwork Empires, Wanderstop), Брендон Чанг (Gravity Bone, Skin Deep), Лина Рейн (Celeste, Chicory), Эверест Пипкин (The Barnacle Goose Experiment, Scrubjay) и Бруно Диас (Fallen London, Pathologic 2), опубликовали совместное заявление. На IGF 2027 года они не будут голосовать ни за одну игру, при создании которой генеративный ИИ использовался «в каком бы то ни было качестве», в том числе для написания кода. Программирование члены жюри назвали творческой дисциплиной, а труд программистов – заслуживающим того же уважения, что и труд остальных разработчиков; проще говоря, код в оценке IGF не может находиться в “серой зоне” или считаться исключительно прикладным инженерным решением, лишенным художественной ценности. Также в своем обращении они призвали IGF принять строгую политику против ИИ в будущем, но в то же время подчеркнули, что выступают не от имени всей организации.
Практически сразу выяснилось, что предметом споров в жюри оказался инди-хит Big Walk. Поводом стало заявление самой House House об использовании ИИ, подготовленное как “рекомендуемая часть заявки на IGF”.
На следующий день появилось и заявление самой House House о том, что LLM использовались «в ограниченном объеме», главным образом для поиска через чат-боты информации о проблемах со сторонним кодом; в некоторых случаях полученные фрагменты кода брали за основу и дорабатывали — все это происходило на заключительных этапах разработки и, по оценке самой студии, затронуло “меньше 0,1% кода Big Walk”, GenAI не использовался ни в каком другом контексте. Ключевой пример, приведенный House House — исправление 10 строк кода Unity URP, связанное с отсечением объектов, отбрасывающих тени: из-за этой проблемы на рассвете и закате игра работала на 50% медленнее. Инженер самой Unity, к которому House House обратилась, якобы счел, что устранить проблему невозможно.
В студии также пояснили, что не сообщали об этом в Steam, поскольку «платформа не требует раскрывать информацию об использовании кода или чат-ботов», извинились перед «теми, кто пытается ограничить вред, причиняемый генеративным ИИ», и назвали отсутствие внутренней политики в отношении ИИ «провалом». В итоге Big Walk, судя по всему, выбывает из борьбы за премию IGF, хотя официального решения IGF как организации еще нет. В правилах IGF пока нет пункта о дисквалификации игр с применением genAI.
В комментариях и постах всех участников процесса происходит типичная для нынешних времен оживленная цивилизованная дискуссия в пределах между требованием отменить House House и обвинением в продаже души дьяволу до обвинений в адрес самой IGF.
Вижу два момента, которые в целом лежат на поверхности, но выпадают из контекста обсуждений, насколько я могу судить.
Во-первых, в целом мне понятна позиция членов жюри. Для каждого заявителя фактически возникают два барьера: недавно заявленный членами жюри "запрет на ИИ" и общий фокус на играх, сделанных людьми, и само судейство. Условно, любая студия может сделать игру явно без нейронок и не добиться награды из-за недостаточно высоких оценок судей (а заявок рассмотреть слоп им явно приходит много). В такой ситуации награда Big Walk вызвала бы вполне резонное возмущение.
Во-вторых, решение IGF касается не конкретных “0,1% кода”, а создания прецедента. Если сегодня House House награждают, несмотря на 0,1% кода, завтра это будет студия, которая укажет 30% кода, или 20% кода и 10% арта. Можно долго водить хороводы вокруг понятия “инди”, но сегодня звучит явный запрос поставить под этот зонтик авторский труд, который одновременно:
– не скован мейнстримно-индустриальными понятиями о “хороших играх”;
– позволяет выделить автора как отдельную фигуру и субъект творения, а не выискивать авторство по крупицам титров с компаниями на аутсорсе и взвешивать пропорции между человеком и техническим/финансовым капиталом.
В случае Big Walk бремя знания о “десятой процента” выкатывается на нас трамвайчиком из известной дилеммы.
С деонтологической позиции HH причинила категорический вред, совершив этически недопустимый по мнению группы игроков и членов жюри IGF поступок (и как минимум усилив и без того начавшуюся эрозию доверия в творческих сообществах), при этом ранее выступая за прогрессивные ценности и BDS-бойкот в частности. С утилитарной позиции House House стояла перед выбором между релизом игры с падающим фреймрейтом и использованием LLM, раз уж даже инженер Unity не смог им помочь. В рассуждениях не о категоричности вреда, а о его количественных пределах и потенциальном благополучии происхождение информации или решения проблемы отходит на второй план. Но члены жюри IGF едва ли могут (и должны) мыслить утилитарно, взвешивая людей и инструменты. Издержки существования ИИ в его нынешней форме и так ложатся на конкретные уязвимые группы – художников и сценаристов в первую очередь, и инди-разработчиков в целом (я бы здесь рискнул сказать “как и вообще людей, зарабатывающих навыком, а не капиталовложением", но нам тут понадобится значительных размеров историческая сноска).
Можно также решить, что House House стоило бы сообщить об использовании GenAI еще на релизе, чтобы у симпатизирующих игроков не возникло ощущения предательства, но в целом сложившаяся ситуация скорее мотивирует студии попросту замалчивать использование таких инструментов. В беседе об этом дорогой Гога заметил, что таким образом появляется причина даже не разбираться с каждым конкретным случаем, а попросту не рассматривать игры на Unity и UE, в которых уже есть LLM-код и соответствующий функционал; таким же поводом для дисквалификации можно считать и продукты Adobe, где нейрофункционал тоже давно прописался. Кажется, наиболее элегантным по сочетанию простоты и грубости решением для IGF был бы запрет на целый технологический стэк – пусть соревнуются только игры на Godot. Между прочим, не самый плохой сценарий: для остального есть ряд других инициатив.
Мне же наиболее взвешенной показалась реакция Ханны Никлин (той самой, над переводом чьей Writing for Games мы успели поработать), в вольном переводе:
"Я хорошо знаю этих людей, и они мне очень нравятся. Мне жаль, что они использовали LLM. Я считаю, что даже ограниченное использование, в том числе для написания кода, всё равно приносит вред; в то же время решения, создаваемые онлайн-сообществами, и поисковые системы настолько засорены результатами работы LLM, что из-за этого и возникла ситуация, которую описывают HH.
Я считаю, что нулевая терпимость — вполне жизнеспособная политическая позиция. Политические методы применяют против систем, а изменить людей можно через общение и взаимопонимание. Нельзя добиться перемен в сообществе, ведя себя как полицейский. Принципы трансформативного правосудия призывают нас не объявлять людей плохими, а вместе разобраться в том, какие плохие поступки они совершили. Без такого подхода не остается места для добросовестных перемен, направленных на снижение вреда. Если ты плохой человек, ты не можешь измениться, потому что ты уже плохой. Если же ты совершил плохие поступки, ты можешь понять, что сделало их возможными и почему ты решил так поступить, а затем взять на себя обязательство в следующий раз действовать иначе. Если в твоей радикальной позиции нет места для изменений, она не станет безопасной, пока в ней не останешься только ты.
Политический гнев должен быть направлен на системы. Трансформативное правосудие – на членов сообщества. Заявление жюри IGF обращено к системе общих ценностей и призывает к переменам, которые позволят объединиться вокруг идеи снижения вреда. Ваши чувства по поводу HH реальны, и вы вправе их испытывать. Но куда и как их направить — решать вам. Чем вы помогаете снизить вред?"
Практически сразу выяснилось, что предметом споров в жюри оказался инди-хит Big Walk. Поводом стало заявление самой House House об использовании ИИ, подготовленное как “рекомендуемая часть заявки на IGF”.
На следующий день появилось и заявление самой House House о том, что LLM использовались «в ограниченном объеме», главным образом для поиска через чат-боты информации о проблемах со сторонним кодом; в некоторых случаях полученные фрагменты кода брали за основу и дорабатывали — все это происходило на заключительных этапах разработки и, по оценке самой студии, затронуло “меньше 0,1% кода Big Walk”, GenAI не использовался ни в каком другом контексте. Ключевой пример, приведенный House House — исправление 10 строк кода Unity URP, связанное с отсечением объектов, отбрасывающих тени: из-за этой проблемы на рассвете и закате игра работала на 50% медленнее. Инженер самой Unity, к которому House House обратилась, якобы счел, что устранить проблему невозможно.
В студии также пояснили, что не сообщали об этом в Steam, поскольку «платформа не требует раскрывать информацию об использовании кода или чат-ботов», извинились перед «теми, кто пытается ограничить вред, причиняемый генеративным ИИ», и назвали отсутствие внутренней политики в отношении ИИ «провалом». В итоге Big Walk, судя по всему, выбывает из борьбы за премию IGF, хотя официального решения IGF как организации еще нет. В правилах IGF пока нет пункта о дисквалификации игр с применением genAI.
В комментариях и постах всех участников процесса происходит типичная для нынешних времен оживленная цивилизованная дискуссия в пределах между требованием отменить House House и обвинением в продаже души дьяволу до обвинений в адрес самой IGF.
Вижу два момента, которые в целом лежат на поверхности, но выпадают из контекста обсуждений, насколько я могу судить.
Во-первых, в целом мне понятна позиция членов жюри. Для каждого заявителя фактически возникают два барьера: недавно заявленный членами жюри "запрет на ИИ" и общий фокус на играх, сделанных людьми, и само судейство. Условно, любая студия может сделать игру явно без нейронок и не добиться награды из-за недостаточно высоких оценок судей (а заявок рассмотреть слоп им явно приходит много). В такой ситуации награда Big Walk вызвала бы вполне резонное возмущение.
Во-вторых, решение IGF касается не конкретных “0,1% кода”, а создания прецедента. Если сегодня House House награждают, несмотря на 0,1% кода, завтра это будет студия, которая укажет 30% кода, или 20% кода и 10% арта. Можно долго водить хороводы вокруг понятия “инди”, но сегодня звучит явный запрос поставить под этот зонтик авторский труд, который одновременно:
– не скован мейнстримно-индустриальными понятиями о “хороших играх”;
– позволяет выделить автора как отдельную фигуру и субъект творения, а не выискивать авторство по крупицам титров с компаниями на аутсорсе и взвешивать пропорции между человеком и техническим/финансовым капиталом.
В случае Big Walk бремя знания о “десятой процента” выкатывается на нас трамвайчиком из известной дилеммы.
С деонтологической позиции HH причинила категорический вред, совершив этически недопустимый по мнению группы игроков и членов жюри IGF поступок (и как минимум усилив и без того начавшуюся эрозию доверия в творческих сообществах), при этом ранее выступая за прогрессивные ценности и BDS-бойкот в частности. С утилитарной позиции House House стояла перед выбором между релизом игры с падающим фреймрейтом и использованием LLM, раз уж даже инженер Unity не смог им помочь. В рассуждениях не о категоричности вреда, а о его количественных пределах и потенциальном благополучии происхождение информации или решения проблемы отходит на второй план. Но члены жюри IGF едва ли могут (и должны) мыслить утилитарно, взвешивая людей и инструменты. Издержки существования ИИ в его нынешней форме и так ложатся на конкретные уязвимые группы – художников и сценаристов в первую очередь, и инди-разработчиков в целом (я бы здесь рискнул сказать “как и вообще людей, зарабатывающих навыком, а не капиталовложением", но нам тут понадобится значительных размеров историческая сноска).
Можно также решить, что House House стоило бы сообщить об использовании GenAI еще на релизе, чтобы у симпатизирующих игроков не возникло ощущения предательства, но в целом сложившаяся ситуация скорее мотивирует студии попросту замалчивать использование таких инструментов. В беседе об этом дорогой Гога заметил, что таким образом появляется причина даже не разбираться с каждым конкретным случаем, а попросту не рассматривать игры на Unity и UE, в которых уже есть LLM-код и соответствующий функционал; таким же поводом для дисквалификации можно считать и продукты Adobe, где нейрофункционал тоже давно прописался. Кажется, наиболее элегантным по сочетанию простоты и грубости решением для IGF был бы запрет на целый технологический стэк – пусть соревнуются только игры на Godot. Между прочим, не самый плохой сценарий: для остального есть ряд других инициатив.
Мне же наиболее взвешенной показалась реакция Ханны Никлин (той самой, над переводом чьей Writing for Games мы успели поработать), в вольном переводе:
"Я хорошо знаю этих людей, и они мне очень нравятся. Мне жаль, что они использовали LLM. Я считаю, что даже ограниченное использование, в том числе для написания кода, всё равно приносит вред; в то же время решения, создаваемые онлайн-сообществами, и поисковые системы настолько засорены результатами работы LLM, что из-за этого и возникла ситуация, которую описывают HH.
Я считаю, что нулевая терпимость — вполне жизнеспособная политическая позиция. Политические методы применяют против систем, а изменить людей можно через общение и взаимопонимание. Нельзя добиться перемен в сообществе, ведя себя как полицейский. Принципы трансформативного правосудия призывают нас не объявлять людей плохими, а вместе разобраться в том, какие плохие поступки они совершили. Без такого подхода не остается места для добросовестных перемен, направленных на снижение вреда. Если ты плохой человек, ты не можешь измениться, потому что ты уже плохой. Если же ты совершил плохие поступки, ты можешь понять, что сделало их возможными и почему ты решил так поступить, а затем взять на себя обязательство в следующий раз действовать иначе. Если в твоей радикальной позиции нет места для изменений, она не станет безопасной, пока в ней не останешься только ты.
Политический гнев должен быть направлен на системы. Трансформативное правосудие – на членов сообщества. Заявление жюри IGF обращено к системе общих ценностей и призывает к переменам, которые позволят объединиться вокруг идеи снижения вреда. Ваши чувства по поводу HH реальны, и вы вправе их испытывать. Но куда и как их направить — решать вам. Чем вы помогаете снизить вред?"
Aftermath
Big Walk Used AI In 'The Final Stretch' Of Development, Kicking Off Intense Awards Debate
'We support the work of those who are trying to limit the harm generative AI is doing to videogames and our world, and apologise that Big Walk’s LLM usage may not meet their standards'
👾17🔥7
GTA 6 ещё не вышла, а уже получила восемь номинаций на The Game Awards, включая "игру года". Здесь с ней конкурируют Resident Evil Requiem, Control Resonant, Phantom Blade Zero, 007 First Light и The Legend of Zelda: Ocarina of Time. Поинтересоваться, кто раздаёт номинации, можно на сайте премии - поимённо там перечислены только члены жюри, которые оценивают игры на предмет доступности для игроков с особенными потребностями. Остальные скрываются за формулировкой "сотня ведущих изданий и инфлюенсеров со всего мира".
Те, кому это важно, могут проголосовать за любимые игры. Посмотреть церемонию показа рекламных роликов с перерывами на награждение победителей, можно будет в прямом эфире 10 декабря.
___
Cybervalhalla. Цифровое медиа
о цифровых развлечениях.
Telegram | Тексты | Подкасты
Те, кому это важно, могут проголосовать за любимые игры. Посмотреть церемонию показа рекламных роликов с перерывами на награждение победителей, можно будет в прямом эфире 10 декабря.
___
Cybervalhalla. Цифровое медиа
о цифровых развлечениях.
Telegram | Тексты | Подкасты
👾22🔥3