ночь. комната. я встал. на лего.
бессмысленный и жуткий крик.
ори ещё хоть четверть века —
тебе не встать. инсульт ноги.
бессмысленный и жуткий крик.
ори ещё хоть четверть века —
тебе не встать. инсульт ноги.
кто-то: бери от жизни всё.
я: привет, жизнь, мне нужно всё.
жизнь: *отдаёт мне всё, включая смерть*
я: *умираю блин*
я: привет, жизнь, мне нужно всё.
жизнь: *отдаёт мне всё, включая смерть*
я: *умираю блин*
есть люди как наркотик — знаешь, что нельзя, а тянет…
а есть люди как торт — сладко, вкусно, но внутри голый дед.
а есть люди как торт — сладко, вкусно, но внутри голый дед.
родила царица в ночь
не то сына, не то дочь, не то в ночь, не то в день, не то царица, не то кондукторша, не то родила, не то съела.
не то сына, не то дочь, не то в ночь, не то в день, не то царица, не то кондукторша, не то родила, не то съела.
у природы нет плохой погоды,
каждая погода благодать,
ты уёбок, сын слепой коровы,
не пизди там в интернете блять.
каждая погода благодать,
ты уёбок, сын слепой коровы,
не пизди там в интернете блять.
а спонсор этого дня — угрозы картофелю в огороде.
угрозы картофелю в огороде — я тебя из-под земли достану, сука.
угрозы картофелю в огороде — я тебя из-под земли достану, сука.
— ты какой-то странный, что с тобой, олег?
— мне сказали, что у меня ублюдское имя.
— а оно заразное?
— нет, олег, не думаю.
— мне сказали, что у меня ублюдское имя.
— а оно заразное?
— нет, олег, не думаю.
буря мглою небо кроет,
вихри снежные крутя,
торт из мяса в душу смотрит
и моргает иногда.
вихри снежные крутя,
торт из мяса в душу смотрит
и моргает иногда.
взгляни вокруг, оглянись назад,
приёмам кунг-фу обучен хомяк,
крысы и мыши ебашат дзюдо,
всё, тебе пизда от грызунов.
приёмам кунг-фу обучен хомяк,
крысы и мыши ебашат дзюдо,
всё, тебе пизда от грызунов.
а я хочу, а я хочу опять,
родить скворечник, пенопластом стать,
дразнить наташку спицами в носу
на самокате парковаться в суп.
родить скворечник, пенопластом стать,
дразнить наташку спицами в носу
на самокате парковаться в суп.
жили у бабуси два веселых гуся:
один серый, другой белый,
два весёлых гуся, загнавших свою жертву в угол. шипя и источая ядовитый запах, эти уродливые существа с зубами и хрящами вместо перьев медленно приближались к бабусе. липкая красная слизь, стекала со ртов этих чудовищ, а в их глазах читалось безумие. безумие, которое пришло в этот мир вместе с неизвестным вирусом, превращающим заражённых в ужасные голодные биосубстанции. у бабуси оставался лишь один патрон. один единственный шанс не на спасение, но на лёгкую смерть. и она им воспользовалась. закат окрасил небо в кровавые тона, и даже облака разбежались, не желая смотреть, как под красным небом набивали свои мутирующие желудки два гуся. два весёлых гуся.
один серый, другой белый,
два весёлых гуся, загнавших свою жертву в угол. шипя и источая ядовитый запах, эти уродливые существа с зубами и хрящами вместо перьев медленно приближались к бабусе. липкая красная слизь, стекала со ртов этих чудовищ, а в их глазах читалось безумие. безумие, которое пришло в этот мир вместе с неизвестным вирусом, превращающим заражённых в ужасные голодные биосубстанции. у бабуси оставался лишь один патрон. один единственный шанс не на спасение, но на лёгкую смерть. и она им воспользовалась. закат окрасил небо в кровавые тона, и даже облака разбежались, не желая смотреть, как под красным небом набивали свои мутирующие желудки два гуся. два весёлых гуся.