— я слива лиловая, здравствуй, преисподняя.
— я абрикос, за холокост.
— я пузатый апельсин, сатаны внебрачный сын.
— а я казах.
— о, сәлем, брат узакбай.
— я абрикос, за холокост.
— я пузатый апельсин, сатаны внебрачный сын.
— а я казах.
— о, сәлем, брат узакбай.
добрый доктор егор крид,
он под деревом сидит,
приходи в говне топиться,
и корова, и лисица,
майкл джексон и кобейн,
и весёлый кёртис йен,
всех до боли удивит
музыкальный егор крид.
он под деревом сидит,
приходи в говне топиться,
и корова, и лисица,
майкл джексон и кобейн,
и весёлый кёртис йен,
всех до боли удивит
музыкальный егор крид.
— бабушка, а почему у тебя такие большие глаза?
— чтобы гипнотизировать ими ковёр.
— а почему у тебя такие большие уши?
— чтобы слышать, как чихают хомяки в новой зеландии.
— а почему такие большие щёки?
— чтобы прыгать с самолёта без парашюта.
— а почему такой большой нос?
— чтобы пылесосить пустыню.
— а почему у тебя такой большой лоб?
— чтобы жарить на нём яичницу.
— а почему у тебя такая большая бицуха?
— чтобы сломать тебе челюсть, гнида, чё ты базаришь на меня, лучше бы на себя посмотрела, бобриха в колготках.
— чтобы гипнотизировать ими ковёр.
— а почему у тебя такие большие уши?
— чтобы слышать, как чихают хомяки в новой зеландии.
— а почему такие большие щёки?
— чтобы прыгать с самолёта без парашюта.
— а почему такой большой нос?
— чтобы пылесосить пустыню.
— а почему у тебя такой большой лоб?
— чтобы жарить на нём яичницу.
— а почему у тебя такая большая бицуха?
— чтобы сломать тебе челюсть, гнида, чё ты базаришь на меня, лучше бы на себя посмотрела, бобриха в колготках.